Кирилл Соколов: «Рубеж в 50 лет у женщин все чаще связан с активной и наполненной жизнью»
Обновление подходов к менопаузе: ключевые документы
В 2025 году сразу несколько событий зафиксировали изменение подходов к ведению пациенток в период, связанный с наступлением менопаузы. Свои клинические рекомендации по этой теме обновили Минздрав РФ и Европейское общество эндокринологов (ESE). А Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств США (FDA) инициировало пересмотр устаревших предупреждений к препаратам менопаузальной гормональной терапии (МГТ). Все три документа отражают системный пересмотр практик, сложившихся в этой области.
Главное отличие обновленных российских рекомендаций по сравнению с предшествующими — это смена оптики. Впервые в документе такого уровня появляются не только лечебные схемы, но и развернутые советы по коррекции образа жизни и диеты. В частности, говорится, что симптомы менопаузы во многом можно смягчить питанием, причем в тексте прямо упоминаются конкретные биологически активные вещества — например, экстракт сои. Сама менопауза при этом рассматривается как нормальное физиологическое состояние, а не как патология. Европейские рекомендации ESE следуют той же логике, причем гормональные и негормональные методы не противопоставляются, а рассматриваются как части единой стратегии. А инициатива FDA направлена на развенчание устойчивых мифов, связанных с МГТ. Рассмотрим подробнее, как эти обновления меняют стратегии ведения пациенток.
МГТ: от гормонофобии к золотому стандарту
Пожалуй, ни одна тема в гинекологии не обросла таким количеством мифов, как менопаузальная гормональная терапия. Те самые предупреждения — о рисках рака молочной железы, сердечно-сосудистых заболеваний и деменции — из инструкций к большинству препаратов МГТ, которые FDA считает устаревшими и предлагает пересмотреть, основаны на данных полувековой давности. Тогда, в 1960—1970 годы, применялись препараты на основе лошадиных эстрогенов (исторически их получали из мочи беременных кобыл) — совершенно другие молекулы с иным профилем риска. Переносить выводы о них на современные средства некорректно.
В то же время я бы не торопился с радикальными заявлениями о полном отсутствии рисков — для них потребуются еще многие годы накопления и анализа данных. Однако мы наблюдаем интересный парадокс. Женщины, принимающие МГТ, находятся под гораздо более пристальным врачебным наблюдением. Они регулярно проходят маммографию, УЗИ, сдают анализы — и любые изменения, в том числе онкологические, выявляются у них на нулевых или ранних стадиях, когда шансы на полное излечение близки к 100%. Поэтому в каком-то смысле регулярный контроль, который сопровождает МГТ, сам по себе работает как фактор безопасности. Для сравнения, женщины, которые годами не делают ничего для поддержания репродуктивного здоровья, от тех же популяционных рисков никуда не уходят. Однако в таких случаях пациентки, у которых развились онкологические болезни, узнают о них на более поздних стадиях, когда возможности лечения уже совсем другие.
Несмотря на эти аргументы, приверженность МГТ в России остается низкой — около 1,3% среди женщин 45—69 лет, что в 2,5 раза меньше, чем в странах Европейского союза. И дело здесь не только в страхах побочных эффектов — скорее, это сложное социальное явление. В Европе гормональная контрацепция исторически получила более широкое распространение. У нас же десятилетиями формировалась иная модель: многие женщины привыкли быть «сами себе врачами» и проявлять настороженность по отношению к любым вмешательствам. Преодоление этого барьера — вопрос времени и накопления положительного опыта. Однако стоит отметить и то, что за последние пять лет использование современных препаратов МГТ в России стремительно растет. Так, по данным* IQVIA, в 2024 году продажи в упаковках увеличились на 20% по сравнению с 2023-м, а в 2025-м — еще на 18% относительно 2024 года. Это говорит о постепенном росте доверия к данной опции.
При всем этом менопаузальная гормональная терапия остается золотым стандартом — это зафиксировано и в российских, и в международных клинических рекомендациях. Однако, как подчеркивается в этих документах, очень важно не упустить «окно терапевтических возможностей» для ее старта. Когда уровень эстрогенов падает, запускается повреждение сосудов и развивается атеросклероз — и, если начать МГТ на фоне уже случившихся изменений, кардиопротективного эффекта не будет. Но если не упустить момент и начать терапию вовремя — с появлением первых, еще едва заметных проявлений климактерического синдрома, в среднем в возрасте около 47015148 лет, — наблюдается снижение сердечно-сосудистых рисков.
Негормональная поддержка: не только альтернатива, но и дополнение к МГТ
Менопаузальная гормональная терапия — мощный инструмент, но он подходит не каждой пациентке. Для тех, кому МГТ не показана или кто не хочет ее применять, есть и другая, не менее важная опция — негормональная поддержка. При этом важно подчеркнуть, что ее можно использовать не только самостоятельно, но и вместе с МГТ: эти два направления не исключают, а, напротив, способны дополнять друг друга.
Фундамент негормональной поддержки — это образ жизни: достаточная физическая активность, полноценный сон, отказ от курения и конечно же сбалансированное питание. Не случайно обновленные клинические рекомендации Минздрава впервые так подробно останавливаются на диете: с пищей действительно можно получить биологически активные вещества, смягчающие неприятные симптомы, связанные с наступлением менопаузы. Однако в реальности организовать рацион так, чтобы организм ежедневно получал все необходимые ему нутриенты в нужных концентрациях, крайне трудно. Решить эту задачу могут помочь специальные негормональные комплексы.
В отличие от МГТ, задумываться о негормональной поддержке важно задолго до первых симптомов менопаузы — с 40—42 лет. Дело в том, что угасание функции яичников стартует не в момент последней менструации, а гораздо раньше. Уже после 40 лет постепенно снижается выработка всех гормонов, причем уровень прогестерона — главного прогестагена в организме — падает быстрее, чем уровень эстрогенов. Возникает локальный дисбаланс, который способен запускать целый спектр эстрогензависимых состояний: дисплазию молочной железы, эндометриоз, миому матки и т.д. Скорректировать его помогают комплексы натуральных активных биомолекул, которые поддерживают и эстрогены, и гестагены, а также содержат сбалансированный набор мультивитаминов, необходимых на этом этапе. Такое средство есть и в портфеле «Алцея».
При выборе комплекса для негормональной менопаузальной терапии нужно учитывать не только состав, но и качество производства — стоит обращать внимание, соответствует ли продукт международным стандартам, таким как сертификация ISO.
Также важно понимать, что негормональная поддержка, включая прием специальных комплексов, — не разовая мера, а длительный процесс, рассчитанный на годы.
Алгоритм безопасности: исключение рисков + наблюдение
О какой бы стратегии ни шла речь — МГТ, негормональной поддержке или их сочетании — в основе врачебной тактики должны лежать две базовые вещи: грамотная диагностика и оценка рисков до старта любых мер и регулярное наблюдение после. И здесь за последние годы ничего не изменилось.
Перед тем как рекомендовать что-либо, врачу важно сначала внимательно оценить состояние пациентки. Гормональные показатели, такие как фолликулостимулирующий гормон (ФСГ) и лютеинизирующий гормон (ЛГ), могут подтвердить, что уровень эстрогенов действительно снижается. Но для оценки рисков гораздо важнее другие данные: результаты коагулограммы, УЗИ матки, эндометрия и яичников, маммографии, а также тщательный сбор личного и семейного анамнеза. Когда же речь заходит о возможном назначении МГТ, дополнительной опорой становятся «Российские критерии приемлемости назначения менопаузальной гормональной терапии пациенткам с сердечно-сосудистыми и метаболическими заболеваниями».
Если решение о терапии принято, дальнейшее наблюдение выстраивается по простой и понятной схеме: осмотр через 6 месяцев, затем через 12, а далее, при стабильной картине, 1 раз в два года. Поводом насторожиться должны стать любые новые жалобы, появление образований или неэффективность назначенной терапии. Если она не приносит ожидаемых результатов, необходимо пересмотреть тактику — скорректировать дозу, перейти на другой метод или их комбинацию. Именно такой алгоритм позволяет держать ситуацию под контролем, не создавая лишнего напряжения ни для пациентки, ни для врача.
Социальный запрос как драйвер изменений
В последние годы менопауза все чаще воспринимается обществом как естественный этап жизни женщины, который можно пройти с уверенностью и комфортом. И при всей важности обновленных клинических рекомендаций я бы не стал связывать эту тенденцию исключительно с ними: данные документы, скорее, систематизируют и закрепляют накопленные врачебным сообществом знания и опыт. Настоящий драйвер изменений — социальный запрос.
Мы все чаще видим женщин, для которых рубеж в 50 лет — это начало активной и наполненной жизни. Они следят за питанием, занимаются спортом, осознанно подходят к своему здоровью и не готовы мириться с недомоганиями как с чем-то неизбежным в силу возраста. Такие пациентки приходят к врачам за понятным и эффективным планом действий. И задача специалистов — обеспечить его и сопровождать женщин на этом важном этапе, учитывая все их индивидуальные особенности и опираясь на возможности современной медицины.
