Суд взыскал с «МИК» 1,44 млрд рублей в споре о поставках «Трилексы»

Арбитражный суд Москвы частично удовлетворил исковые требования «Приоритет-Фарм» к Медицинской исследовательской компании «МИК». Истец требовал взыскать с ответчика 1,71 млрд руб., суд взыскал 1,44 млрд руб. реального ущерба, договорных премий и упущенной выгоды из-за недопоставки препарата «Трилекса», а также 7,6 млн руб. судебных расходов. Решение опубликовано в картотеке суда и не вступило в законную силу.

Из-за чего возник спор

В январе 2025 года «Приоритет-Фарм» и «МИК» заключили договор поставки препарата «Трилекса». Стоимость партии составляла 3,5 млрд руб. с НДС. Позже стороны согласовали поставку первых 1,8 тыс. упак. до 31 июля, всего объема — не позднее 25 сентября 2025 года. Дистрибьютор перечислил аванс в размере 1,53 млрд руб., но получил только 518 упак. на 504,3 млн руб. В отдельном разбирательстве суд уже взыскал с МИК 1,02 млрд руб. неотработанного аванса, 222,5 млн руб. неустойки и проценты за пользование чужими денежными средствами, ранее писал «ФВ».

Новый иск касался убытков и премий. «Приоритет-Фарм» указывала, что из-за недопоставки не смогла исполнить обязательства перед «Фармпро»: вместо 1,8 тыс. упак. передала покупателю только 66. «Фармпро» взыскала с дистрибьютора неустойку и госпошлину. Эти расходы истец просил компенсировать за счет «МИК» как поставщика, чье нарушение привело к убыткам, в том числе 1,09 млрд руб. упущенной выгоды. «МИК» возражала, что не знала о договоре с «Фармпро» и не должна отвечать за обязательства дистрибьютора перед третьим лицом. Ответчик также ставил под сомнение реальность этой сделки и утверждал, что «Приоритет-Фарм» не приняла разумных мер для сокращения убытков. По мнению «МИК», ранее уплаченные неустойка и проценты уже компенсировали последствия нарушения.

Что решил суд

Знать о конкретном договоре перепродажи поставщику не обязательно, указал суд.

«Истец является дистрибьютором лекарственных средств и приобретал товар для дальнейшей реализации, что прямо следует из текста спецификации и было известно ответчику. В предпринимательской деятельности товар, как правило, приобретается с целью дальнейшей перепродажи, и договор на перепродажу может быть заключен позднее. При таких условиях любой разумный продавец товара должен предвидеть, что неисполнение им своих обязательств по поставке товара может в свою очередь повлечь неисполнение обязательств покупателя перед другим лицом и возникновение у него ущерба. Уплата договорной неустойки своему контрагенту в связи с непоставкой товара является обычным последствием такого нарушения», — говорится в решении суда.

Доводы о мнимости сделки он отклонил: покупатель перечислил аванс, получил часть товара, так что реальный ущерб в размере 439,6 млн руб. суд взыскал полностью. Ранее выплаченная истцу в рамках другого дела неустойка не имеет отношения к компенсации, о которой просит ответчик в текущем споре, заявил суд.

При этом размер взыскиваемой премии за фактически поставленный товар суд снизил со 183,4 млн до 178,4 млн руб. Причина — разные условия премирования в двух полугодиях. На 113 упак., отгруженных 30 июня 2025 года, распространялась дополнительная премия за досрочную оплату в размере 10%, а не 15%, предусмотренных соглашением на следующий отчетный период.

Упущенную выгоду суд уменьшил с 1,09 млрд до 821,2 млн руб. Из этой суммы 681,9 млн руб. составила неполученная премия за объем закупок: при надлежащей поставке дистрибьютор мог рассчитывать на вознаграждение в размере 25% стоимости недопоставленного товара без НДС.

Также суд взыскал 139,3 млн руб. неполученной премии за досрочную оплату товара, который дистрибьютор авансировал, но не получил. В остальной части этого требования суд отказал: компания не доказала, что оплатила бы оставшийся товар раньше срока и тоже получила бы за это премию.