Пандемия COVID-19 оказала значительное влияние на глобальную фарминдустрию, особенно в сфере зависимости стран от цепочек поставок и производств в других регионах планеты. Встал вопрос об обеспечении независимости национальной фармацевтической промышленности. Специалисты компании Cytiva составили индекс устойчивости биофармацевтической индустрии разных стран.

Специалисты, которые работают только в рамках своих должностных обязанностей, могут оказаться непривлекательными для работодателя. В фармотрасли обозначилась острая потребность в универсальных и кроссфункциональных сотрудниках, способных подстраиваться под динамично меняющиеся условия рынка, новые цели и задачи компании. Опытом перехода к этой модели поделилась директор по управлению персоналом и организационному проектированию СПбНИИВС ФМБА России Елена Казакова.

Продажи отдельных медизделий в 2020 году выросли на 100% и больше: медицинские маски — на 945% в рублях, термометры — на 108%. Однако эти максимумы в целом на сегмент изделий медицинского назначения, объем которого составил около 125 млрд руб., значительно не повлияли. Продажи большинства подгрупп выросли в рублях и снизились в упаковках. Так, реализация диагностических приборов и тестов снизилась почти на 6; предметов ухода за больными — на 7,5; презервативов — на 4%.

За последние два года государственный сегмент фармрынка растет впечатляющими темпами: если в 2017 году было снижение на 2%, а в 2018 году — рост на 6%, то в 2019-м и 2020 году прирост был на 34 и 27% соответственно. Государство создает новые программы по лекарственному обеспечению, благодаря чему сегмент все более привлекателен для дистрибьюторов. В 2020 году лекарства для госзаказчиков поставляли почти 2 тыс. компаний. При этом почти половину рынка занимают 20 крупнейших поставщиков.

О правилах оформления евразийского сертификата, перспективах вступления России в PIC/S и дефиците препаратов директор ФБУ «Государственный институт лекарственных средств и надлежащих практик» Владислав ШЕСТАКОВ рассказал главному редактору «ФВ» Полине Звездиной.

Просвещение пациентов — одна из глобальных задач здравоохранения. Плохо информированные больные не выполняют назначений врачей, сами отменяют или назначают себе препараты, а потом еще оставляют отзывы в соцсетях, что доктор/лекарство «плохие» и им «не помогли». Раньше ликбез проводился, в основном, через плакаты и брошюры, но сегодня на первое место выходит видеоконтент.

Производители высокотехнологичного медоборудования озабочены проблемами регистрации продукции по правилам ЕАЭС. Пока закончить процедуру регистрации удалось лишь по четырем медизделиям из 35 тысяч, представленных на отечественном рынке. В группе особого риска оказались медицинские изделия, регистрация которых планировалась в конце 2021 года.

Свердловское УФАС назначило миллионные штрафы за сговор на торгах трем фармкомпаниям, близким к екатеринбургскому предпринимателю и депутату областного Законодательного собрания Александру Серебренникову. Участникам картеля грозит уголовное преследование.

Аптеки хотят заниматься продажей ветеринарных препаратов, аргументируя это недостаточной доступностью лекарств для животных на отдаленных территориях и схожей нормативной базой. Раньше доступ к потенциальному рынку был проще — открыть ветеринарный отдел можно было, имея лишь фармлицензию. Сейчас для этого необходима лицензия Россельхознадзора. По подсчетам аналитиков, в 2020 году денежный объем розничного рынка ветеринарных лекарств составил 20,3 млрд руб.

Задержание владельца Группы компаний «Биотэк» Бориса Шпигеля прямо в аэро­порту позволило многим предположить, что главная фигура в деле губернатора Пензенской области Ивана Белозерцева именно глава «Биотэка». В этом уверен и сам Шпигель: он не стал делиться своим бизнесом с некими «силовиками» — и на него завели уголовное дело. Опрошенные эксперты и участники фармрынка говорят о смене эпох. «ФВ» разбирался, что из себя представляет бизнес «Биотэка».

Пандемию COVID-19 часто сравнивают с «испанкой», унесшей 100 лет назад 50 млн жизней. После мирового локдауна 2020 года попытки ученых понять, откуда возник «испанский» вирус, чем он был, какие лекарства и вакцины могли на него действовать, не кажутся странными.